Опрос Михаила Прохорова

Михаил Прохоров импонирует вам как
 
http://nikulya.ru/ даримир детская одежда оптом недорого от производителя.

Михаил Прохоров: "Биатлон очень нравится девушкам, потому что они охотницы по натуре"

Михаил Прохоров Биатлон очень нравится девушкамПрезидент Союза биатлонистов России, владелец клуба НБА «Нью-Джерси Нетс» и самый большой спортсмен среди отечественных миллиардеров побывал в гостях у «Комсомольской правды».

- Про вас ходит такая история. Вы приехали в какой-то итальянский замок отдыхать, а там нет турника. Вы говорите, хочу турник. Они вам: нельзя, замок исторический, охраняется законом. Вы им: а за 200 тысяч евро? Они: ну за 200 тысяч можно. Это правда?

Это соединение двух историй. Скажу так: сумма за один турник превышает мои возможности, но то, что мне постоянно приходится совершенствовать местные фитнес-клубы, правда. Я их заставляю врывать турники, иногда докупаю гантели, что-то еще, что мне нужно. Это постоянный процесс. Когда я приезжаю на три-четыре дня, если меня не устраивает уровень местного спортклуба, я это делаю. С турником была история во Франции. В модном отеле был фитнес такой... для продвинутых старушек, все красиво, дорожечки. А силовой части не было вообще. Я высказал свое недовольство управляющему отелем, и он выделил в итоге маленькую полянку, куда поставили деревянные гимнастические брусья, гимнастический турник. Это стоило 2 тысячи евро. Я это оплатил. До сих пор там стоят.

- Как вас туда занесло?

Жертва рекламы. 1993 год. Вы понимаете, что сознание тогда отстало от возможностей. Куда ехать? Открыли карту, спросили знакомых иностранцев. Говорят, круче отеля нет. Надо поехать обязательно. Сейчас я отдыхаю в Турции в трехзвездочном отеле. Потому что там виндсерфинг, там движуха, мне там очень нравится. Там я прыгаю на «джете» настоящем и катаюсь на виндсерфинге. Во Франции ветра нет или там редко бывает мистраль. Плюс все время ходят лодки. Невозможно нормально кататься.

- Яхта – это не ваше?

Яхта у меня есть, но она у меня служит баржей для скутеров. Я спортом в отпуске занимаюсь от 6 до 8 часов. У меня это почти как военные сборы.

- А зачем так истязать себя?

Я мазохист. И всех заставляю. Они едут со мной и там уже просто не могут по-другому. Поэтому у нас такая спортивная тусовка.

- Во французском СИЗО вы тоже спортом занимались?

Я спросил: до допроса сколько времени? «Два часа» И я спокойно начал заниматься. Там была камера маленькая три на два метра. В этом пространстве вполне можно заниматься: стойка на руках, отжимания, бой с тенью. Я же занимаюсь кикбоксингом больше двадцати лет. Прекрасно полтора часа провел. Местная охрана смотрела как на сумасшедшего.

Тренера в прямом эфире уволил с холодным рассудком

- Народ активно обсуждал как вы уволили тренера женской биатлонной сборной в прямом телеэфире непосредственно во время гонки. Все так и было?

Да, причем с абсолютно холодным рассудком было принято решение. Ситуация какая... Биатлон стал одним из самых любимых видов спорта и по телерейтингам бьет даже футбол. И самое главное, что болельщики - женщины в основном. Видимо, девушки все в душе охотницы .

В последние несколько лет биатлон сделал телевизор. У него простые правила и непредсказуемый результат. Сейчас сделано так, чтобы борьба во время гонки была все время. Поэтому биатлон стал популярен, и даже немного политизирован. У нас есть когорта великих спортсменов, которые живут славным советским прошлым и живут в мифологии, что наша биатлонная школа самая лучшая в мире. Что правда для 70-х годов и уже неправда для 80-х. Потому что нам немцы уже тогда привозили по полной программе. В 1988 году у нас одна была золотая медаль. Поэтому когда мы говорим о системном подходе, надо смотреть все, что происходит в биатлонном хозяйстве.

Биатлонные кафедры закрылись в 1991 году вместе с кафедрами спортивной медицины. Поэтому все тренеры, которые приходили, они, как их называют, талантливые Самоделкины. Потому что тренер и спортсмен – это разные профессии. Да, были советские тренеры, они частично остались. Была высшая школа тренеров, но в принципе мы все время ходим по кругу. И в отрыве от медицины, в отрыве от научных кругов, которые должны работать в институтах, произошла ситуация, при которой мы просто по сантиметру провисали. И это сказалось на объективной статистике, которая у нас вся есть, мы ее даже демонстрировали, что мы пошли по неправильной стратегии. Какая была логика советская? Биатлонист прилично бежит и хорошо, но медленно стреляет. И долгое время это давало результаты. В середине 90-х годов норвежцы, немцы пошли по другой дороге: бежим, как лыжник и очень быстро стреляем. Первые 7 лет было большое количество промахов и наши спокойно выигрывали. Но постепенно менялась экипировка, менялась система подготовки, винтовка получше стала. И эта стратегия оказалась правильной.

Теперь нашим ребятам привозят минуту на спринте. То есть даже с двумя промахами, человек выигрывает у нашего спортсмена, который отстрелял на ноль. Бороться невозможно. То, что Нойнер творила на чемпионате мира – отыграла минуту в эстафете, когда украинская спортсменка отстреляла на ноль, и минуту пятнадцать ей привезла… Ну как можно бороться?

Плюс прибавьте к этому, что мы не делаем ни мази, ни парафины, ни винтовки мирового уровня. Ижевская винтовка, к сожалению, отстала во всем, кроме возвратного механизма. У нас негодящийся ствол, потому что он не выдерживает современных требований, у нас нет специальных сплавов, которые позволяли бы этот ствол делать. Затвор хороший, приклад. А сервиса нет.

- Но что-то российское есть на нашем биатлонисте?

Вообще ничего. Кроме нашего биатлониста. Поэтому мы ничего не стали менять, надеясь на то, что по старым дрожжам проскочим Олимпиаду. Две золотых, серебро и бронза – нормально, проскочили. Но теперь что-то надо менять, мы не можем все время говорить о том, что ладно, будем надеяться на то, что наши там сейчас как-то… Поэтому мы стали менять систему подготовки. От детских спортивных школ до команды мастеров. Но большой спортсмен при смене подготовки не может за один год как бы переломиться. Например, Ваня Черезов в этом сезоне бежал быстро ногами, но это сказалось на точности стрельбы.

Ну и потом, мы же не можем людям, которые проявили себя на Олимпиаде, сказать: неправильно вы все делаете. Надо им дать еще один шанс. Поэтому, как всегда, ответственность беру на себя, менять буду сто процентов. Мы сделали программу по детским школам. Даже две. Первая – те школы, в которых есть талантливые тренеры, которые выдавали результат, мастеров, мы делаем под ключ. По пять школ в год, в них делаем полностью евроремонт и т.д. А по остальным школам – их порядка 30 – мы даем комплекты лыж, смазку, какое-то медоборудование. И вот каждый год задача: чтобы за 5-6 лет 30-40 школ были по последнему слову техники оборудовано. Я вкладываю деньги в эту систему. Дальше мы пишем учебник, потому что у нас все методики 70-х годов.

- А кто именно пишет?

Я попросил людей, которые специалисты по системным научным интеграторам. Просто ребят пригласил, которые работали у меня, попросил их за полтора года сделать такой интегратор из современных методик и их вместе увязать. Ведь мы дожили до того, что у нас ни в лыжах, ни в биатлоне нет специалистов по коньковому ходу. Если вы заметили, наши ребята, которые что-то выигрывают, они же выигрывают классикой. Классика у нас есть. А по коньку никто на мировом уровне тренировать не умеет. Будем иностранцев привлекать, и под них ставить молодых ребят, чтобы они за несколько лет росли. Биатлон имеет преимущество в том, что он очень притягательный, поэтому будем грабить лыжников.

До победы «Нью-Джерси» осталось четыре года

- Какие впечатления остались от первого сезона в НБА?

Гораздо более острые, чем казалось, когда входил. Суперконкурентная лига с очень тяжелыми правилами, пожалуй, самыми тяжелыми из всех видов спорта. Одна единственная ошибка отбрасывает тебя на 5-6 лет. Вот, например, в футболе купил дорогого игрока, а он не играет. Можно спокойно посадить его на лавку или за 5 лет ему отдать деньги и отпустить. В НБА, взяв не того игрока, с ним 5-6 лет сидишь и ничего сделать нельзя. Он входит у тебя в ограничение по зарплате и другого уже не возьмешь. Мы, к счастью, ошибок не сделали. И самое главное, что сделали, это взяли первую звезду команды. это Дерон Уильямс, вокруг которого теперь можно строить чемпионскую команду. При наших молодых игроках, нужен был лидер. И это является серьезным стратегическим шагом.

- Но задачу вывести «Нью-Джерси Нетс» в чемпионы НБА за пять лет вы не снимаете?

А мы не ставим себе легких задач. Только теперь на нее осталось уже четыре года.

- А за московский ЦСКА вам не больно?

Больно. Я всегда был болельщиков ЦСКА, с детства.

- Почему?

Видимо, из-за Харламова. Я даже помню, когда это произошло. Когда Харламов забил два выдающихся гола в первой встрече с канадскими профессионалами. Третью и четвертую шайбу забил в одинаковом стиле, накрутив двух защитников. Я хоккей смотрел с пяти лет приблизительно, уже осознанно. Вот, видимо, из-за этого.

Российские студенты должны играть как в НБА

- Чего вы добивались, когда покупали «Нью-Джерси Нетс»?

Я 10 лет с лишним владел ЦСКА, и мы уперлись в потолок. Мы создали модель, при которой вопрос лишь в том, сколько раз мы за 10 лет выиграем Евролигу. А продукт выигрышным не становился по определению, потому что в принципе это благотворительность.

И когда появилась возможность - а такую возможность дал кризис - купить американский клуб и попасть в самую конкурентную лигу и посмотреть, как у них устроено, для человека, любящего баскетбол и управлявшего им какое-то время, это идеальное предложение.

Сейчас мы потихоньку пытаемся некоторые технологии перетащить в наш студенческий баскетбол. Баскетболист, по статистике, начинает раскрываться в 21 год. У нас лишь 1 процент выпускников спортивных школ попадают в спортивные клубы, а 99 - исчезают. И в этих 99 процентах вполне могут быть выдающиеся ребята. Поэтому мы хотим, чтобы человек имел возможность играть на приличном уровне и, если у него есть талант, то к 20-21 годам он может потом обратно вернуться в спортивный клуб.

- Что нужно сделать, чтобы наши клубы перестали быть машиной по переработке денег?

Ну, если кто-то дает деньги на спорт, слава богу. Но чтобы создать рыночный конкурентный продукт, для этого общий уровень стоимости рекламы в стране и средний доход человека должен быть сопоставим с американским. Ведь европейский баскетбол тоже денег не зарабатывает. Ни один клуб не является окупаемым. Только, может, какой-то там «Партизан» белградский, где полно талантливых ребят, они меняют состав, по 50 тысяч платят им и они там играют, как шальные. А все гранды находятся на спонсорстве либо бюджета, либо какого-то частного лица

- А деньги у него кончились – и все, до свидания?

А так всегда бывает. В НБА клубы это бизнес, но многие деньги теряют. Из-за этого, кстати говоря, ситуация довольно острая, я не имею права ее комментировать, но переговоры о продлении соглашения идут непросто. По закону НБА, ход переговоров имеет право комментировать только комиссионер. Владельцы лишены права на комментарий. Если прокомментируешь не так, оштрафуют сразу.

- И большой штраф?

Тысяч двести долларов.

- Вот вам и свобода слова хваленая!

Нет, за деньги можешь говорить спокойно. Но лучше на них турник врыть.p>

 

Поиск Михаил Прохоров

Михаил Прохоров Вконтакте

Вступайте в группу [В]контакте
Михаила Прохорова

михаил прохоров вконтакте

Статистика Михаил Прохоров